“Ты слишком суров к себе, мой дорогой, милый, убийственно безумный Пелагий. Что бы люди делали без тебя? Танцевали? Пели? Улыбались? Старели?”
“Ты слишком суров к себе, мой дорогой, милый, убийственно безумный Пелагий. Что бы люди делали без тебя? Танцевали? Пели? Улыбались? Старели?”